«Я понимала, что он умирает»: откровенный рассказ жены алкоголика

tigrikphoenix

BigFatCat
Команда форума
Капитан новой цели
Сто дней пройдено ТРЕЗВО
Сообщения
4.250
Реакции
12.012
Лет курения
14
Метод
Вейп
Нам часто кажется, что алкоголики — это те зловонные опустившиеся люди со стеклянными глазами и бессвязной речью. На самом деле, очень трудно определить, когда последний барьер пройден и в жизни человека остается лишь один смысл — спиртное. Наша героиня, пожелавшая остаться анонимной,честно поделилась с Cosmo жуткой историей своей борьбы. И своей потери.

1.jpg


«Ваше состояние можно понять, — говорила мне врач-психиатр, когда я пришла к ней с просьбой выписать мне сильнодействующие таблетки,потому что прошло почти два месяца с момента его гибели, а я не только не могла стабилизироваться, а наоборот, всё глубже погружалась в пучину мрачного кошмара. — Весь ваш мир рухнул. Вы потеряли всё, чем вы жили», — продолжала врач. А я внезапно(теперь я думаю, что это был хитрый ход опытнейшей докторши, имевшей дело с сотнями разных подобных моему случаев) встрепенулась,глубоко вдохнула и вдруг сказала себе: «Ну нет! Я потеряла много, я потеряла очень дорогое,но это не вся я и не весь мой мир. И я выкарабкаюсь и буду жить дальше. Моя жизнь страшно покачнулась, но она не закончилась».

Того же нельзя было сказать о нем в последние пару лет его жизни. Мой муж пил. Он пил всю свою сознательную жизнь, пил легко и весело,не становясь ни угрюмым, ни агрессивным,не теряя ни во внешности, ни в карьере. Напротив, умение выпить много на деловых и дружеских застольях делало его привлекательным в глазах людей и помогало ему продвигать деловые знакомства — такой вот у него был дар.

Любые попытки — мои, его предыдущих подруг,разумных друзей, родителей — внушить ему осторожность и меру в употреблении алкоголя встречали абсолютное непонимание: «Вам что-то разве мешает? Я буяню? Я мало зарабатываю? Я кого-то обижаю? Мне даже не бывает плохо. Мне — хорошо! И я могу пить, могу и не пить».

С этим было трудно спорить, более жовиального,жизнерадостного человека было трудно себе представить. Конечно, я, как его самый близкий человек, видела его внутренние конфликты,такую типичную мужскую «войну с самим собой» и с комплексами, но он был невероятно силен и не позволял кому-то, в том числе и мне,заглядывать в его слабые места. Мне нужно было просто быть женщиной.

Он сам справится, сам разберётся.
Это мне тоже потом ставили в вину: что не настаивала, не заставляла, не запрещала. Не сумела — не смогла.

Тот, кто любит алкоголика, всегда останется виноватым, что бы он ни делал. Был жёстким — значит загнобил; был мягким — развратил; родила детей — загубила его таланты; не родила — лишила смысла жизни, и так далее. Но это, пожалуй, тема для отдельного разговора.

алкоголизм.jpg


С мужем перемена произошла в какой-то момент очень быстро и заметно. Наверное,алкоголизм, как всякое злокачественное заболевание, тоже однажды делает рывок. Он стал стремительно терять интерес ко всему. Алкоголь обжился, утвердился в нём и стал выдавливать из его жизни, из мозга, сердца, души всё остальное.

Сначала, как водится, пострадала карьера и работа. Муж, умевший разруливать самые сложные конфликты, за что за ним и охотились хедхантеры, однажды не справился со сложной,но вполне штатной ситуацией и, сказав, что не хочет больше иметь дело с этими козлами,хитроумным способом добился увольнения по сокращению штатов, получив немалое выходное пособие.

Здесь, вероятно, тоже мне нужно было бы проявить твёрдость и скалкой погнать его тут же искать новую работу, но я привыкла доверять своему умному и сильному мужчине и приняла его позицию: «Мне надоело работать в чертовых офисах и заниматься бессмыслицей, я хочу в жизни чего-то более творческого».

Но ничем творческим заниматься он не стал, прожил сбережения и научился выпивать уже с утра. Я пыталась расшевелить его и даже нашла ему действительно интересную работу у своих друзей в большом съёмочном проекте,но он там не удержался — всё чаще и чаще люди вокруг стали казаться ему негодяями и сволочами, его лёгкий нрав менялся, в нём поселился мрачный ворчун, его быстро уволили,и он опять лёг на диван, а вернее, засел в интернет, где внезапно стал участвовать во множестве «диванных» политических дискуссий, сливая туда своё недовольство всем и вся, а на самом деле — собой и своей большой проблемой.

По старой памяти мы несколько раз отправлялись в большие красивые путешествия,я надеялась, что его это развеселит и отвлечёт. Но каждое путешествие превращалось в кошмар, нужно было всегда искать, что бы выпить, мы гуляли по городам от бара к бару,а куда-нибудь на просторы к океану или в горы он отправлялся только с запасами алкоголя во фляжке.

А чаще просто говорил: вы поезжайте,а я полежу в номере. Ему было интереснее остаться с выпивкой и интернетом, его самого,того, кем он был раньше, оставалось всё меньше.

Но мы склонны помнить лучшее, и мне всё время казалось, что это как-то временно, что он сможет справиться с собой, перестать пить,тот, кем он был, — мой самый любимый человек, такой красивый, умный и сильный — вернётся.

Я начала всё-таки бить в набат и уговаривать его лечиться, пойти к наркологу, психотерапевту. Он не хотел. Сам принимал какие-то таблетки, чтоб успокоить меня, первую неделю принимал — потом начинал их прятать и по углам снова находились пустые и початые бутылки. Однажды у него случился неожиданный эпилептический припадок, который врачи скорой определили как алкогольную эпилепсию, а в больнице его положили с какими-то жуткими бомжами в коридоре. Главврач, приятная пожилая дама, завела меня в кабинет и говорила мне: «Девочка моя, ты просто не видишь, что он уже один из них, беги прочь и не оглядывайся, он никогда не станет прежним, ни-ког-да. Поверь мне, я тут работаю и вижу их, а ты просто смотришь на него и видишь в нём того, кем он был, но он уже не тот».

И я ей не поверила. Тем более что после этого случая он вроде бы сам стал пытаться лечиться.
Но каждый раз безуспешно. Самое долгое, сколько он держался трезвым, — пару месяцев. Ходил на занятия группы «12 шагов» и сказал, что там все идиоты, а руководитель группы — сектант; уезжал в православную обитель и вернулся оттуда с утверждением, что «Бога нет»; кодировался и через неделю прочёл, что все эти кодировки — обман пациента, и снова запил. Каждая попытка приводила его во всё более и более отчаявшееся состояние, его сбережения закончились, и он стал униженно искать средства на выпивку, занимая у друзей,выходя на улицу в поисках того, кто ему нальёт, шаря по карманам всё реже и реже приходящих в наш дом гостей.

Но он никогда, ни разу за всё это время попыток борьбы и впадения в отчаяние не заговаривал о самоубийстве и не шантажировал им. Даже мне порой хотелось прекратить всё это для себя каким-то вот таким трусливым способом, я была измучена, мои связи с жизнью тоже истончались, несмотря на то что я много работала и неплохо зарабатывала. На моё состояние сильно влияло и то, что все, и люди, лояльные мне, и его друзья, говорили: уходи. Мои говорили: ты губишь себя, ты просто еле жива. Некоторые из его друзей тоже больше сочувствовали мне, но некоторые считали, что если я уйду — ему будет легче поменять свою жизнь, ведь это «при ней он стал спиваться».

И я ушла. Однажды поставила ему условие: или он немедленно начинает лечиться (я была готова оплачивать его лечение), или я ухожу. Мне пришлось уйти.

Он через некоторое время вернулся из нашей большой съёмной квартиры в центре города в свою, на окраине. Пытался жить с родителями, но они недолго вынесли его общество. Он делал ещё пару попыток «прокапаться» и «кодироваться», но безуспешно. Его продолжали навещать «друзья" — собутыльники, каждый раз срывавшие его из попыток быть трезвым. Теперь их никто не гнал.
olkh8bxeokp018umf9auh.jpg


Я не пропадала с горизонта, давала ему понять,что я на связи и мы снова можем быть вместе,если он протрезвеет. И я, конечно, ужасно страдала без него. Примерно раз в месяц я его навещала и видела, что и физически,и личностно он всё больше и больше деградирует, и я действительно совсем не понимала, что с этим можно сделать.

Я при этом стала восстанавливаться, занялась спортом и внешностью, стала ходить на вечеринки, путешествовать с друзьями и своими уже живущими отдельно детьми от первого брака. У меня даже появился «роман» — я не влюбилась в своего партнёра, но мне было приятно проводить с ним время, и он отвлекал меня от мучительных переживаний. От мужа, впрочем, этот факт я скрывала. Потом я себя за это очень винила.

Если честно, я понимала, что он умирает, видела, что жизнь уходит из него. Когда я позволяла себе вспоминать того, каким он был буквально несколько лет назад, роскошным лощёным красавцем, весельчаком, любимцем всех и вся, и каким он стал, я не могла сдержать рыданий. Человек убивал себя сам поступательно, на глазах родных и любящих, и никто не мог его остановить.

Когда я звонила и предлагала приехать, чаще он просто не хотел со мной разговаривать, говорил, что у него нет сил, что ему плохо и вообще, ушла — так ушла. Но иногда он сам звонил и как будто бы с прежней любовью говорил, что очень скучает, что ему не хватает моей заботы и присутствия, что он пересматривает наши фотографии и понимает, как много он потерял. Но на все мои предложения поехать в клинику, лечиться — он отвечал отказом. Ехать и везти его куда-то насильно было для меня неприемлемо — я, как ни странно, продолжала уважать его.

Он сделал это практически в «прямом эфире» — с утра пораньше завёл со мной какой-то нервный разговор, перескакивая с упрёков на благословения и «напутствия», мы одновременно переписывались в чате и пару раз созвонились — утром я слышала, что он пьян, и повесила трубку, а позже сама перезвонила и сказала ему, уже протрезвевшему, что очень его люблю и готова оплатить любую клинику, если он сам выразит желание туда поехать. Но на это он сказал: хватит тебе уже со мной возиться, оставь это. Живи свою жизнь.

Почему-то мне не пришла в голову мысль, что это наш последний живой разговор.

Потом я увидела в чате сообщение: «Жизни моей не осталось больше, в пачке две сигареты, они кончатся, и я пойду повешусь. Я звонил в службу психологической помощи, там какая-то дура».

Я увидела это сообщение через час после того, как оно было написано. Ко мне зашла дочь, и я разговаривала с ней в другой комнате.

Я стала звонить ему — он не брал трубку. Я позвонила его другу, живущему в соседнем с ним доме, и попросила его пойти туда. Друг тоже не поверил в возможность происходящего и поэтому не бежал бегом. Он опоздал минут на 10, как сказали врачи скорой помощи. Дверь была открыта — он надеялся, что его найдут и откачают, и тогда он сумеет оттолкнуться от дна. Его не откачали. Мне позвонила жена друга (сам он боялся) и сказала: «Его больше нет».

Я и до этого хоронила близких людей, тяжело пережила смерть мамы, но то, как обрушился на меня ужас произошедшего теперь,невозможно описать. Если кто-то поймёт, о чём я: я поистине заглянула в ледяную зловонную пасть ада. Мрак, смерть, разрушение, абсолютная пустота — вот что я ощутила, и, кажется, в этом даже не было места вине, хотя все мы, близкие, постоянно крутили одну страшную мысль: как можно было успеть? Можно ли было помочь? Что мы должны были для этого сделать? В чём мы все виноваты?

237892892.jpg


Нет никаких слов, чтоб писать об этом. Я набираю строку и стираю её. Хотя тогда мне, наверное, помогало говорить. Много людей приходили ко мне, забрали меня к себе жить,чтоб я не осталась одна, почти насильно кормили меня, обнимали меня. И я начала плакать. Примерно через неделю. Я выплакала и выговорила самое страшное.

Я пошла в церковь и встретила там сочувствие и утешение. Никто не проклинал самоубийцу и не сулил ему ада, мне лишь говорили: бесконечно милосерден Бог, и сейчас твой любимый в Его руках. Надейся на Его любовь. Один прекрасный грузинский священник написал мне короткое письмо, которое я выучила почти наизусть: «Мы можем делать тому, кого мы любим, искусственное дыхание, но мы не сможем всю жизнь дышать за него. Даже Бог так нас любил, что умер за нас, но и он не может за нас — жить. Молись за него».

Мне пришлось сразу же после похорон выйти на работу, и там, где обычно были безжалостный прессинг и гонка, я встретила абсолютное понимание и поддержку своих вроде бы циничных коллег. По сути, всю мою работу кто-то брал на себя, а мне нужно было просто присутствовать тенью, но это, на самом деле, мне невероятно помогло удержаться на ногах в буквальном смысле. Наш начальник охраны, грубый солдафон, увидев меня невменяемую, зазвал меня в кабинет и спросил, что случилось. И я рассказала. Вместо сочувствия он начал страшно материть моего мужа: «Да… как… мог! Да такой-то он растакой-то!» Но почему-то именно такое вот выражение сострадания выпустило из меня большую часть молчаливого ужаса, я сидела и рыдала в кабинете этого грубияна, а он ругался, стучал кулаком по столу и наливал мне чай — до сих пор я вспоминаю это, как одно из самых правильных состраданий в моей жизни.

Меня поддержали дети, я очень при этом старалась при них держаться. Они тоже горевали, они очень любили отчима. Но моя старшая дочь сказала мне: мама, для меня большой урок смотреть на тебя сейчас. Я вижу, как можно пройти всё вообще и остаться в живых.

Самое тяжкое настало через пару месяцев, когда слёзы были выплаканы, друзья зажили своей жизнью, обвинители угомонились и от них больше не нужно было отбиваться — я почувствовала, что и сама теперь хочу умереть, вот физически, угаснуть и не дышать. И пошла к психиатру за таблетками.

Она сказала мне то, о чём я написала в самом начале. Что я потеряла всё.

И в этот момент я поняла, что это не так. Мой мир пошатнулся и треснул пополам, но он не рухнул. У меня оставалось много всего, что будет давать мне силы жить. И кончилась жизнь моего любимого человека — но не моя. Его любимое тело, его руки, ноги, губы и глаза закопали в землю — но не мои.

Врач не стала прописывать мне ничего серьёзного, так, что-то общеукрепляющее. Она знала, что делает. Мне нужно было пройти этот путь с открытым забралом. Перегоревать.

Я коротко остригла свои роскошные длинные волосы, всё время ходила в одной и той же одежде, жила просто и сосредоточенно. Зимой я пошла работать в организацию,занимающуюся помощью замерзающим бездомным. Я сделала это в память о том, кого я любила. Он ушёл из жизни, чтобы избежать этой участи, которая была для него уже близко. И он мог бы быть одним из них.

Я переодевала людей, кормила их и наливала им чай, я старалась ласково разговаривать с ними. Любить их. Мне не нужно было, чтоб любили меня. Мне нужно было кого-то любить самой.

Направляясь туда, я стала красить глаза и губы. Не потому, что я хотела бы понравиться бомжам, а потому, что хотела, чтоб они ощущали наше к ним уважение. И они это понимали.

Я старалась делать разные вещи, которые давно собиралась и всё никак не могла собраться, и мысленно говорить с ним: мы это делаем вместе с тобой. Я теперь твои руки и твоё сердце, и оно живо во мне.

Когда человек не хочет жить — понимала я — очень трудно дышать за него. Практически невозможно. Нет нашей вины в таком событии. Мы не можем дышать и жить даже за самого родного и близкого человека.

Но я совершенно точно теперь знаю, что, чтоб такого было меньше, мы должны выращивать Любовь в себе. Сначала в себе. Пусть её будет в нас больше. Может быть, именно это и могло бы кому-то из тех, у кого иссякли силы жить, помочь.
 

Серж 2305

Пророк
Сообщения
6.163
Реакции
9.926
Лет курения
30
Метод
Авторский
Дневник
Читать »»
Очень интересный и трогательный случай. Я вас прекрасно понимаю, т.к. сам долетел до дна. Ударился и стал подниматься. Конечно семью не вернул, уехал из города и начал жить снова, одним чемодан и съемная квартира. Это еще один пример сколько горя мы приносим себе и кто рядом с нами. Вы зря на себя вините. Вы любили не того кто не долетел, это был совершенно незнакомый и даже не с одной планеты. Все будет хорошо, время лечит, это большая боль, но вы переживете. Вы поняли самое главное, надо научиться СЕБЯ ЛЮБИТЬ и тогда появятся, кто вас будет любить. Счастья вам и большой любви. И помните, вы не ВИНОВАТЫ.
 

NicA.Almaty

Писатель
Сообщения
564
Реакции
704
Не курю с
27.11.2013
Лет курения
30
Метод
Авторский
Дневник
Читать »»
Мы умирали. Исповедь алкоголика

Текст написанный анонимным алкоголиком, об алкоголизме и нашей прошлой жизни.

Мы умирали (видео)

Мы умирали
Мы умирали от пневмонии в меблированных комнатах, где нас находили через три дня потому, что кто-то жаловался на запах. Мы умирали под мостами, и никто не знал, было ли это самоубийством. Мы и сами не знали этого, хотя, если вдуматься — это всегда было самоубийством. Мы умирали в больницах с огромными вздутыми животами, и никто не мог ничего поделать. Мы умирали в камерах, так и не узнав, виновны мы или нет. Мы ходили к священникам. Они давали нам обещания. Они говорили нам, чтобы мы молились. Они говорили нам идти и больше не грешить… но идти! Мы шли. И мы умирали. Мы умирали от передозировки. Мы умирали в кроватях. Мы умирали в смирительных рубашках, видя в белой горячке Бог весть какие кошмарные, омерзительные и жуткие вещи. Но знаете, что было хуже всего? Хуже всего было то, что никто понятия не имел, как мы старались. Мы ходили к врачам, а они, руководствуясь принципом «это настолько безумно, что может подействовать», давали нам лекарства, от которых нас тошнило при употреблении алкоголя. Иногда они просто качали головами и посылали нас в госпитали для умалишённых. И нас выпускали оттуда, пристрастившихся к успокоительному и снотворному. Мы врали врачам. А они говорили нам, чтобы мы пили умеренней. И мы пытались. И мы умирали. С закреплёнными намертво проволокой сломанными челюстями мы тонули, захлебнувшись собственной рвотой. Мы умирали, играя в «русскую рулетку», и люди думали, что мы проиграли. Но мы-то знали лучше. Мы умирали под копытами лошадей, под колёсами машин, от ножей и под каблуками наших братьев-алкоголиков. Мы умирали в стыде. А знаете, что самое ужасное? Самое ужасное то, что мы и сами не могли поверить, что действительно очень старались. Нам казалось, что мы только думали, что мы старались. И мы умирали, веря, что мы не понимаем, как надо стараться, и что мы не старались. Когда доведённые до отчаяния, в надежде на чудо мы начинали искать помощи, то шли к людям с буквами после фамилий, надеясь, что те прочли правильные книги, в которых были правильные слова. И никто из нас не догадывался о пугающей правде, что правильные слова, оказавшиеся такими простыми, тогда ещё не были написаны.

Мы умирали, падая с высотных домов. Мы умирали со стволом ружья во рту. Мы умирали в безлюдных местах со связанными за спиной руками и пулей в затылке, потому что на этот раз мы обманули не тех людей. Мы умирали в конвульсиях и от инсультов. Мы умирали проклятыми, опозоренными и брошенными. Если мы были женщинами, то умирали униженными, потому что женщины гораздо более требовательны к самим себе. Мы старались. И мы умирали. И никто не оплакивал нас. А хуже всего было то, что на каждого умершего приходилось сто или даже тысяча тех из нас, кто хотел умереть. Кто жаждал смерти. Кто засыпал, молясь о том, чтобы не проснуться, потому что выносить эту боль было невозможно. И мы были уверены, что это никогда не изменится.

Однажды в нью-йоркском госпитале у одного из нас произошло то, что в книгах называют «духовным пробуждением». И он сказал себе: «Я нашёл ответ!» Нет. У него была только часть ответа. «Я должен делиться этим», — решил он. И он старался, как мог. Но мы не слышали его. И мы умирали. Мы умирали от последней успокаивающей сигареты, закурив которую мы отключались, и наш матрас загорался. О нас говорили, что мы задохнулись ещё до того, как наши тела обгорели, и что мы ничего не почувствовали. Умереть таким образом для нас было лучшее, что могло произойти… правда иногда вместе с нами гибла наша семья.

Ещё один человек из Нью-Йорка был уверен, что знает ответ. Он пытался молитвой привести нас к трезвости. Но и это не работало потому, что молитва приводит алкоголиков в замешательство. Он старался. А мы умирали. Один за другим мы обнадёживали его, а потом разбивали ему сердце, потому что мы всегда так делаем. Но самым худшим было то, что каждый раз, когда нам казалось, будто мы уже знаем всё худшее, случалось что-то ещё хуже. Это длилось до тех пор, пока не настал тот день в фойе отеля, находившегося не в Риме, не в Иерусалиме, не в Мекке, не в Дублине и даже не в Бостоне. Это произошло в Акроне, штат Огайо, из всех мест! Настал день, когда алкоголик сказал: «Мне надо найти другого алкоголика потому, что он нужен мне не меньше, чем я нужен ему». Теперь он нашёл ответ. И вот, после стольких лет, канал передачи был открыт... Теперь мы не идём к священникам, мы не идём к врачам и к людям с буквами после фамилий. Мы идём к тем, кто был там. Мы идём друг к другу. И мы стараемся. И мы можем больше не умирать!

Анонимный Алкоголик
 

Дульская

V.I.P
Сообщения
42.978
Реакции
167.332
Дневник
Читать »»
Но я совершенно точно теперь знаю, что, чтоб такого было меньше, мы должны выращивать Любовь в себе. Сначала в себе. Пусть её будет в нас больше. Может быть, именно это и могло бы кому-то из тех, у кого иссякли силы жить, помочь.
Хмм... да есть Любовь... а муж вон... в коридоре обналичку на дверь пришпандоривает и за пивОм собирается!(

Пойду скажу ему, что если пойдет за пивом, то соберусь и уйду!
 

Дульская

V.I.P
Сообщения
42.978
Реакции
167.332
Дневник
Читать »»
Мы умирали. Исповедь алкоголика

Текст написанный анонимным алкоголиком, об алкоголизме и нашей прошлой жизни.

Мы умирали (видео)

Мы умирали
Мы умирали от пневмонии в меблированных комнатах, где нас находили через три дня потому, что кто-то жаловался на запах. Мы умирали под мостами, и никто не знал, было ли это самоубийством. Мы и сами не знали этого, хотя, если вдуматься — это всегда было самоубийством. Мы умирали в больницах с огромными вздутыми животами, и никто не мог ничего поделать. Мы умирали в камерах, так и не узнав, виновны мы или нет. Мы ходили к священникам. Они давали нам обещания. Они говорили нам, чтобы мы молились. Они говорили нам идти и больше не грешить… но идти! Мы шли. И мы умирали. Мы умирали от передозировки. Мы умирали в кроватях. Мы умирали в смирительных рубашках, видя в белой горячке Бог весть какие кошмарные, омерзительные и жуткие вещи. Но знаете, что было хуже всего? Хуже всего было то, что никто понятия не имел, как мы старались. Мы ходили к врачам, а они, руководствуясь принципом «это настолько безумно, что может подействовать», давали нам лекарства, от которых нас тошнило при употреблении алкоголя. Иногда они просто качали головами и посылали нас в госпитали для умалишённых. И нас выпускали оттуда, пристрастившихся к успокоительному и снотворному. Мы врали врачам. А они говорили нам, чтобы мы пили умеренней. И мы пытались. И мы умирали. С закреплёнными намертво проволокой сломанными челюстями мы тонули, захлебнувшись собственной рвотой. Мы умирали, играя в «русскую рулетку», и люди думали, что мы проиграли. Но мы-то знали лучше. Мы умирали под копытами лошадей, под колёсами машин, от ножей и под каблуками наших братьев-алкоголиков. Мы умирали в стыде. А знаете, что самое ужасное? Самое ужасное то, что мы и сами не могли поверить, что действительно очень старались. Нам казалось, что мы только думали, что мы старались. И мы умирали, веря, что мы не понимаем, как надо стараться, и что мы не старались. Когда доведённые до отчаяния, в надежде на чудо мы начинали искать помощи, то шли к людям с буквами после фамилий, надеясь, что те прочли правильные книги, в которых были правильные слова. И никто из нас не догадывался о пугающей правде, что правильные слова, оказавшиеся такими простыми, тогда ещё не были написаны.

Мы умирали, падая с высотных домов. Мы умирали со стволом ружья во рту. Мы умирали в безлюдных местах со связанными за спиной руками и пулей в затылке, потому что на этот раз мы обманули не тех людей. Мы умирали в конвульсиях и от инсультов. Мы умирали проклятыми, опозоренными и брошенными. Если мы были женщинами, то умирали униженными, потому что женщины гораздо более требовательны к самим себе. Мы старались. И мы умирали. И никто не оплакивал нас. А хуже всего было то, что на каждого умершего приходилось сто или даже тысяча тех из нас, кто хотел умереть. Кто жаждал смерти. Кто засыпал, молясь о том, чтобы не проснуться, потому что выносить эту боль было невозможно. И мы были уверены, что это никогда не изменится.

Однажды в нью-йоркском госпитале у одного из нас произошло то, что в книгах называют «духовным пробуждением». И он сказал себе: «Я нашёл ответ!» Нет. У него была только часть ответа. «Я должен делиться этим», — решил он. И он старался, как мог. Но мы не слышали его. И мы умирали. Мы умирали от последней успокаивающей сигареты, закурив которую мы отключались, и наш матрас загорался. О нас говорили, что мы задохнулись ещё до того, как наши тела обгорели, и что мы ничего не почувствовали. Умереть таким образом для нас было лучшее, что могло произойти… правда иногда вместе с нами гибла наша семья.

Ещё один человек из Нью-Йорка был уверен, что знает ответ. Он пытался молитвой привести нас к трезвости. Но и это не работало потому, что молитва приводит алкоголиков в замешательство. Он старался. А мы умирали. Один за другим мы обнадёживали его, а потом разбивали ему сердце, потому что мы всегда так делаем. Но самым худшим было то, что каждый раз, когда нам казалось, будто мы уже знаем всё худшее, случалось что-то ещё хуже. Это длилось до тех пор, пока не настал тот день в фойе отеля, находившегося не в Риме, не в Иерусалиме, не в Мекке, не в Дублине и даже не в Бостоне. Это произошло в Акроне, штат Огайо, из всех мест! Настал день, когда алкоголик сказал: «Мне надо найти другого алкоголика потому, что он нужен мне не меньше, чем я нужен ему». Теперь он нашёл ответ. И вот, после стольких лет, канал передачи был открыт... Теперь мы не идём к священникам, мы не идём к врачам и к людям с буквами после фамилий. Мы идём к тем, кто был там. Мы идём друг к другу. И мы стараемся. И мы можем больше не умирать!

Анонимный Алкоголик
Плин... страсти какие. 🙈
 

Muir

Титан
Сообщения
19.912
Реакции
29.947
Не курю с
05.01.2015
Лет курения
25
...Дело в том, что деятельность первой компании из данной пары служит образцом использования разумных, стабильных и правильных традиционных методов управления капиталом инвесторов. В свою очередь, вторая показывает нам пример необдуманного расширения бизнеса, финансового мошенничества и противоречивых действий, которые так часто можно найти в деятельности сегодняшних корпораций...
...В кругу друзей и знакомых все считают меня Молнией, Идеальной женщиной, посвятившей себя семье и только семье. Мой муж старше меня на 10 лет и для меня это только плюс, мне с ним спокойно и хорошо. В силу сложившихся жизненных обстоятельств, он потерял своих близких друзей, и постепенно замкнулся на моих друзьях, в прочем его и меня это не напрягало, наоборот он становился таким же активным, тянулся к ним и все удивлялись когда, кто-то из новоиспеченных узнавал его возраст. Он так же вполне успешен и материально не зависим... Главное же мы вместе! Так как это моя исповедь, то как перед Богом (это для меня святое!) клянусь, что за все прожитые совместно годы мы с мужем ни разу!!! не поругались, ни по какому поводу, потому что я умею уступать, и для меня сохранность теплых , доверительных отношений важнее всяких склок , разборок и недомолвок. Мы всегда делаем все вместе, ходим по магазинам, готовим еду, покупаем подарки, одежду, ремонтируем машины на СТО. Всегда идем рядом держа за руку друг друга, чему постоянно удивляются наши знакомые. Я встречала или провожала его на работу махая рукой из окошка нашей высотки, если оставалась дома или уходила позже, приходила раньше, а он всегда искал меня в окне и делал тоже самое...
 

Серж 2305

Пророк
Сообщения
6.163
Реакции
9.926
Лет курения
30
Метод
Авторский
Дневник
Читать »»
Хмм... да есть Любовь... а муж вон... в коридоре обналичку на дверь пришпандоривает и за пивОм собирается!(

Пойду скажу ему, что если пойдет за пивом, то соберусь и уйду!
Попробуй, а вдруг. Хотя по мне выгнать его и сказать в пущу при двух условиях: Трезвого и если будешь лечится)
 

Дульская

V.I.P
Сообщения
42.978
Реакции
167.332
Дневник
Читать »»
Попробуй, а вдруг. Хотя по мне выгнать его и сказать в пущу при двух условиях: Трезвого и если будешь лечится)
Та не... как я его выгоню то? Квартира общая же...

Да и он у меня классный! К нему даже молодые девахи сватаются.
Лучше сама уйду!
 

briann

Ветеран
Сообщения
1.834
Реакции
8.117
Непьем:
»»»
Хмм... да есть Любовь... а муж вон... в коридоре обналичку на дверь пришпандоривает и за пивОм собирается!(

Пойду скажу ему, что если пойдет за пивом, то соберусь и уйду!
Может лучше дать прочитать первое сообщение с историей..
 

Дульская

V.I.P
Сообщения
42.978
Реакции
167.332
Дневник
Читать »»
Лучше сама уйду!
Он меня боится потерять. Но и без спиртного не может. Жопа, короче. (((
Я же сама алкоголичка, но мне Господь позволил жить трезвой уже, Слава Богу, 13 лет.
Это рАдость!!! А муж пьет. И мама моя пьет. Валяется мама везде. 🙈
 

Серж 2305

Пророк
Сообщения
6.163
Реакции
9.926
Лет курения
30
Метод
Авторский
Дневник
Читать »»

NicA.Almaty

Писатель
Сообщения
564
Реакции
704
Не курю с
27.11.2013
Лет курения
30
Метод
Авторский
Дневник
Читать »»
Мы пили в сырых и прогнивших подвалах,
Мы пили коньяк в дорогих ресторанах.
Мы падали пьяные и засыпали
На голом асфальте. И мы умирали.

И каждое утро мы пили чекушку.
Мы на ночь ложили пузырь под подушку.
В дешёвых отелях на койках лежали.
Мы пили запоем, и мы умирали.

Вы спросите: "Что ж не ушли вы в завязку?"
Мы очень хотели: прошли через тряску,
Мы есть не могли, унитаз обнимали...
Мы очень старались, но мы умирали.

Не пить в одиночку, не квасить с соседом,
Пить только в субботу, пить только по средам.
Бухать вообще мы себе запрещали,
Но снова срывались. И мы умирали.

Ложились в больницы, ложились в детоксы,
Но с нами случались опять парадоксы.
Мы тысячу раз это дело бросали.
Но вновь возвращались. И мы умирали.

Мы трезвыми были недели и годы,
И зубы скрипели в любую погоду.
Но нервы железные всё же сдавали.
Мы брали бутылку, и мы умирали.

Нам стыд и презрение было наградой,
И полные пренебрежения взгляды.
И люди о нас башмаки вытирали.
А мы пили дальше, и мы умирали.

Однажды, за наш переполненный столик
Присел далеко не простой алкоголик.
И он рассказал, что он больше не пьёт.
Совсем, совершенно, и он не умрёт.

Он бросить пытался, но пил очень много.
Он так напивался, что спал у порога.
Он Богу молился опять и опять
Ведь он ни за что не хотел умирать.

Мы с ним говорили держась за стаканы,
За всё это время не выпив ни грамма.
И нам никчему было что-то скрывать.
И незачем было уже умирать.

Не нужно нам стало бухать по подвалами,
И пьяными спать под забором в канавах.
Не нужно лукавить и незачем врать.
И нам никчему в одиночку страдать.

Тот парень ушёл не оставив визитки.
Решительно я отодвинул напитки.
"Эй, бармен, скажи нам, а кто это был?"
И он мне ответил, что я пил один...
 

Дульская

V.I.P
Сообщения
42.978
Реакции
167.332
Дневник
Читать »»

Серж 2305

Пророк
Сообщения
6.163
Реакции
9.926
Лет курения
30
Метод
Авторский
Дневник
Читать »»
Он меня боится потерять. Но и без спиртного не может. Жопа, короче. (((
Я же сама алкоголичка, но мне Господь позволил жить трезвой уже, Слава Богу, 13 лет.
Это рАдость!!! А муж пьет. И мама моя пьет. Валяется мама везде. 🙈
Понятно, хороший букет. А ты из зависимой, стала созависимая. А если боится потерять, то должен одуматься, хотя в голове и гуляет 15 летний пацан))
Тогда точно беги и начни с себя, остальные подтянутся)
 

Серж 2305

Пророк
Сообщения
6.163
Реакции
9.926
Лет курения
30
Метод
Авторский
Дневник
Читать »»

Дульская

V.I.P
Сообщения
42.978
Реакции
167.332
Дневник
Читать »»

Дульская

V.I.P
Сообщения
42.978
Реакции
167.332
Дневник
Читать »»
Но его все устраивает и считает себя немного пьющим и друзей боится потерять, больше чем семью)
Да он просто нЕ знает, что без пьянки есть жизнь!!!

А у меня нет сейчас сил ему это доказывать. Я устала!( Самой хоть в петлю((( Ни настроения, ни хера(((
Мы вместе 15 лет, кстати. Раньше он обещал, а сейчас уже и это перестал делать(((
 

Тема заинтересовала: (Пользователей: 0, Гостей: 1)

Сверху Снизу