Марусёк, сама в шоке

Мне тут навеяло
Я усталым таким еще не был
В эту серую морозь и слизь
Мне приснилось рязанское небо
И моя непутёвая жисть)
И теперь даже стало не тяжко
Ковылять из притона в притон,
Как в смирительную рубашку
Мы природу берем в бетон.
В те края, где я рос под кленом,
Где резвился на желтой траве,
— Шлю привет воробьям и воронам
И рыдающей в ночь сове.
Я кричу им в весенние дали:
«Птицы милые, в синюю дрожь
Передайте, что я отскандалил,
— Пусть хоть ветер теперь начинает
Под микитки дубасить рожь».