Угрюмый нелюдим
V.I.P
Доброе!
Хотя у меня уже обед - я ем пельмени с кисло-сладким соусом, причем нагло и цинично употребляю пищу прямо на рабочем месте
-
Книга от основателя Некурим.рф — #Некурим. Быть счастливым некурящим. Бумажная версия • Электронная версия, Аудио-версия
Сила воли Rauchfrei
- Автор темы nachtigal
- Дата начала
Хотя у меня уже обед - я ем пельмени с кисло-сладким соусом, причем нагло и цинично употребляю пищу прямо на рабочем месте
Угрюмый нелюдим
V.I.P
Привет!У меня развалился в 7-ом классе пионерии)))
Пытался посчитать, в каком классе я был. Если я школу закончил в 1994-м, а комсомол развалился в 1991-м, то, теоретически, я был в 8-м классе
Точно помню, что у меня 6-го класса не было, т.к. тогда переходили на новую систему обучения и мы перескакивали через класс. Хотя кто-то переходил и в 6-й - это были двоечники-второгодники
shigik
Титан
- Сообщения
- 15.494
- Реакции
- 41.376
- Дневник
- Читать »»
- Не курю с
- 28.08.2019
- Метод
- Никоретте
- Лет курения
- 49
Леночки Ланочка Инесса и все гости дневничка Доброе утро!А я была в комсомоле до 28лет и вышла из него по возрасту.А потом меня долго уговаривали вступить в Коммунистическую партию,но я не хотела.Говорю я недостойна ведь партия-это УМ ЧЕСТЬ и СОВЕСТЬ Советского народа!
Угрюмый нелюдим
V.I.P
Немного о работе в большой организации
Взято отсюда , но в целом многие сотрудники больших (и не очень) контор себя узнают 
Как то давно попросил нейросеть выдать боль работника корпорации. Она выдала следующее:
Работать в корпорации просто. Теоретически.
Представьте, что вы кочегар. Ваша работа элементарна: берёте уголь и кидаете его в котёл. Если котёл горячий — всё хорошо. Если холодный — виноваты вы. Логика ясная, как инструкция к чайнику.
Но есть нюанс. Чтобы кинуть уголь в котёл, нужен котёл. А чтобы был котёл, нужен тот, кто даст к нему доступ. А чтобы дали доступ — нужно согласование. А чтобы было согласование — нужно написать письмо. А чтобы написать письмо — нужно знать, кому писать. А чтобы знать, кому писать — нужен регламент. А регламент лежит в папке, к которой у вас нет доступа, потому что вы кочегар, а не “специалист по стратегическому угольному взаимодействию”.
Котёл есть. Где-то. Его видели люди, которые давно уволились. В документах он называется “Теплогенерирующий объект версии 2.3”. Чтобы узнать, где он стоит, нужен доступ к схеме здания. Схема лежит в системе. В систему нужен доступ. Доступ выдаёт служба доступов. У службы доступов есть форма. Форма заполняется в системе, в которую нужен доступ.
Ты идёшь ногами.
— Мне нужен котёл.
— Вам нужен доступ.
— Мне нужен котёл.
— Без доступа вы не можете знать, что вам нужен котёл.
Логика звучит убедительно, как приговор.
Ты находишь человека, который знает, где котёл.
— Покажите.
— Не могу. У меня доступ есть, а у вас нет.
— Я кочегар.
— Тем более.
Котёл виден через стекло. Большой, горячий, как мечта. Ты смотришь на него, как на недоступного родственника.
Теперь уголь.
Уголь лежит на складе. Склад охраняется. Охранник не злой, просто обученный.
— Мне уголь.
— По заявке.
Заявка оформляется в системе. Система просит выбрать тип угля из выпадающего списка. В списке:
“Уголь (проектный)”,
“Уголь (временный)”,
“Уголь (в рамках пилота)”,
“Уголь (на согласовании)”.
Ты выбираешь “уголь (просто уголь)”. Такой опции нет. Ты выбираешь “проектный”, потому что звучит солидно. Через день приходит отказ:
“Вы не являетесь участником проекта”.
Ты снова идёшь ногами.
— Я не участник проекта, я кочегар.
— Тогда вам нужен уголь операционный.
— Где он в списке?
— Его нет. Но вы должны выбрать его.
Лопата.
Лопаты выдают только тем, у кого есть доступ к котлу. Доступ к котлу дают только тем, у кого есть лопата. Это называется “контур безопасности”.
Ты пишешь письмо:
“Прошу выдать лопату для получения доступа к котлу”.
Ответ:
“Прошу получить доступ к котлу для получения лопаты”.
Ты читаешь это как загадку, но это инструкция.
Когда тебе наконец дают доступ, его сразу же пересматривают.
— Вам точно нужен этот доступ?
— Я кочегар.
— Это не аргумент.
— Я кидаю уголь в котёл.
— А вдруг вы больше не будете?
Каждый месяц ты подтверждаешь, что всё ещё существуешь. Заполняешь форму:
“Вы всё ещё кочегар?”
— Да.
“Вы всё ещё кидаете уголь?”
— Да.
“А вдруг вы передумали?”
— Нет.
Иногда доступы отбирают просто так. Без зла, без причины, из любви к порядку.
Ты приходишь к котлу. Карта не работает.
Ты идёшь выяснять.
— У вас неактуальная роль.
— Какая нужна?
— “Кочегар 2 уровня”.
— Как получить?
— Нужно подтвердить, что вы “Кочегар 1 уровня”.
— Я им был вчера.
— Вчера — это не сегодня.
Ты снова смотришь на котёл через стекло. Он холодеет. Он ждёт. Он не знает, что его судьба зависит от формы, в которой нет нужного пункта.
Работать в корпорации просто. Теоретически.
Представьте, что вы кочегар. Ваша работа элементарна: берёте уголь и кидаете его в котёл. Если котёл горячий — всё хорошо. Если холодный — виноваты вы. Логика ясная, как инструкция к чайнику.
Но есть нюанс. Чтобы кинуть уголь в котёл, нужен котёл. А чтобы был котёл, нужен тот, кто даст к нему доступ. А чтобы дали доступ — нужно согласование. А чтобы было согласование — нужно написать письмо. А чтобы написать письмо — нужно знать, кому писать. А чтобы знать, кому писать — нужен регламент. А регламент лежит в папке, к которой у вас нет доступа, потому что вы кочегар, а не “специалист по стратегическому угольному взаимодействию”.
Котёл есть. Где-то. Его видели люди, которые давно уволились. В документах он называется “Теплогенерирующий объект версии 2.3”. Чтобы узнать, где он стоит, нужен доступ к схеме здания. Схема лежит в системе. В систему нужен доступ. Доступ выдаёт служба доступов. У службы доступов есть форма. Форма заполняется в системе, в которую нужен доступ.
Ты идёшь ногами.
— Мне нужен котёл.
— Вам нужен доступ.
— Мне нужен котёл.
— Без доступа вы не можете знать, что вам нужен котёл.
Логика звучит убедительно, как приговор.
Ты находишь человека, который знает, где котёл.
— Покажите.
— Не могу. У меня доступ есть, а у вас нет.
— Я кочегар.
— Тем более.
Котёл виден через стекло. Большой, горячий, как мечта. Ты смотришь на него, как на недоступного родственника.
Теперь уголь.
Уголь лежит на складе. Склад охраняется. Охранник не злой, просто обученный.
— Мне уголь.
— По заявке.
Заявка оформляется в системе. Система просит выбрать тип угля из выпадающего списка. В списке:
“Уголь (проектный)”,
“Уголь (временный)”,
“Уголь (в рамках пилота)”,
“Уголь (на согласовании)”.
Ты выбираешь “уголь (просто уголь)”. Такой опции нет. Ты выбираешь “проектный”, потому что звучит солидно. Через день приходит отказ:
“Вы не являетесь участником проекта”.
Ты снова идёшь ногами.
— Я не участник проекта, я кочегар.
— Тогда вам нужен уголь операционный.
— Где он в списке?
— Его нет. Но вы должны выбрать его.
Лопата.
Лопаты выдают только тем, у кого есть доступ к котлу. Доступ к котлу дают только тем, у кого есть лопата. Это называется “контур безопасности”.
Ты пишешь письмо:
“Прошу выдать лопату для получения доступа к котлу”.
Ответ:
“Прошу получить доступ к котлу для получения лопаты”.
Ты читаешь это как загадку, но это инструкция.
Когда тебе наконец дают доступ, его сразу же пересматривают.
— Вам точно нужен этот доступ?
— Я кочегар.
— Это не аргумент.
— Я кидаю уголь в котёл.
— А вдруг вы больше не будете?
Каждый месяц ты подтверждаешь, что всё ещё существуешь. Заполняешь форму:
“Вы всё ещё кочегар?”
— Да.
“Вы всё ещё кидаете уголь?”
— Да.
“А вдруг вы передумали?”
— Нет.
Иногда доступы отбирают просто так. Без зла, без причины, из любви к порядку.
Ты приходишь к котлу. Карта не работает.
Ты идёшь выяснять.
— У вас неактуальная роль.
— Какая нужна?
— “Кочегар 2 уровня”.
— Как получить?
— Нужно подтвердить, что вы “Кочегар 1 уровня”.
— Я им был вчера.
— Вчера — это не сегодня.
Ты снова смотришь на котёл через стекло. Он холодеет. Он ждёт. Он не знает, что его судьба зависит от формы, в которой нет нужного пункта.
Обожаю pikabu, всегда читаю)))Немного о работе в большой организации
Взято отсюда , но в целом многие сотрудники больших (и не очень) контор себя узнаютКак то давно попросил нейросеть выдать боль работника корпорации. Она выдала следующее:
Работать в корпорации просто. Теоретически.
Представьте, что вы кочегар. Ваша работа элементарна: берёте уголь и кидаете его в котёл. Если котёл горячий — всё хорошо. Если холодный — виноваты вы. Логика ясная, как инструкция к чайнику.
Но есть нюанс. Чтобы кинуть уголь в котёл, нужен котёл. А чтобы был котёл, нужен тот, кто даст к нему доступ. А чтобы дали доступ — нужно согласование. А чтобы было согласование — нужно написать письмо. А чтобы написать письмо — нужно знать, кому писать. А чтобы знать, кому писать — нужен регламент. А регламент лежит в папке, к которой у вас нет доступа, потому что вы кочегар, а не “специалист по стратегическому угольному взаимодействию”.
Котёл есть. Где-то. Его видели люди, которые давно уволились. В документах он называется “Теплогенерирующий объект версии 2.3”. Чтобы узнать, где он стоит, нужен доступ к схеме здания. Схема лежит в системе. В систему нужен доступ. Доступ выдаёт служба доступов. У службы доступов есть форма. Форма заполняется в системе, в которую нужен доступ.
Ты идёшь ногами.
— Мне нужен котёл.
— Вам нужен доступ.
— Мне нужен котёл.
— Без доступа вы не можете знать, что вам нужен котёл.
Логика звучит убедительно, как приговор.
Ты находишь человека, который знает, где котёл.
— Покажите.
— Не могу. У меня доступ есть, а у вас нет.
— Я кочегар.
— Тем более.
Котёл виден через стекло. Большой, горячий, как мечта. Ты смотришь на него, как на недоступного родственника.
Теперь уголь.
Уголь лежит на складе. Склад охраняется. Охранник не злой, просто обученный.
— Мне уголь.
— По заявке.
Заявка оформляется в системе. Система просит выбрать тип угля из выпадающего списка. В списке:
“Уголь (проектный)”,
“Уголь (временный)”,
“Уголь (в рамках пилота)”,
“Уголь (на согласовании)”.
Ты выбираешь “уголь (просто уголь)”. Такой опции нет. Ты выбираешь “проектный”, потому что звучит солидно. Через день приходит отказ:
“Вы не являетесь участником проекта”.
Ты снова идёшь ногами.
— Я не участник проекта, я кочегар.
— Тогда вам нужен уголь операционный.
— Где он в списке?
— Его нет. Но вы должны выбрать его.
Лопата.
Лопаты выдают только тем, у кого есть доступ к котлу. Доступ к котлу дают только тем, у кого есть лопата. Это называется “контур безопасности”.
Ты пишешь письмо:
“Прошу выдать лопату для получения доступа к котлу”.
Ответ:
“Прошу получить доступ к котлу для получения лопаты”.
Ты читаешь это как загадку, но это инструкция.
Когда тебе наконец дают доступ, его сразу же пересматривают.
— Вам точно нужен этот доступ?
— Я кочегар.
— Это не аргумент.
— Я кидаю уголь в котёл.
— А вдруг вы больше не будете?
Каждый месяц ты подтверждаешь, что всё ещё существуешь. Заполняешь форму:
“Вы всё ещё кочегар?”
— Да.
“Вы всё ещё кидаете уголь?”
— Да.
“А вдруг вы передумали?”
— Нет.
Иногда доступы отбирают просто так. Без зла, без причины, из любви к порядку.
Ты приходишь к котлу. Карта не работает.
Ты идёшь выяснять.
— У вас неактуальная роль.
— Какая нужна?
— “Кочегар 2 уровня”.
— Как получить?
— Нужно подтвердить, что вы “Кочегар 1 уровня”.
— Я им был вчера.
— Вчера — это не сегодня.
Ты снова смотришь на котёл через стекло. Он холодеет. Он ждёт. Он не знает, что его судьба зависит от формы, в которой нет нужного пункта.
Выборочно, конечно)
Мне очень нравится Стромае. Песни у него грустные. И эта тоже
В этой песне Стромае поет не об Африке, а о проблеме безответственного отцовства и боли ребенка, выросшего без отца. Для артиста это глубоко личная история: его отец происходил из Руанды (Африка) и погиб во время геноцида 1994 года, практически не принимая участия в воспитании сына. [1, 2, 3]
Смысловой перевод основных частей песни выглядит следующим образом:
Припев
Куплет 1 (оправдания матери)
Мать пытается успокоить ребенка и придумывает оправдания отсутствию отца:
Куплет 2 (размышления о будущем)
Повзрослев, герой задумывается о том, какими отцами станет его поколение:
Смысловой перевод основных частей песни выглядит следующим образом:
Припев
Куплет 1 (оправдания матери)
Мать пытается успокоить ребенка и придумывает оправдания отсутствию отца:
- «Мама говорит, что если хорошо поискать, то в конце концов всегда найдешь».
- «Она говорит, что он всегда неподалеку, просто очень часто уезжает работать».
- «Мама говорит: "Работать — это хорошо". Это гораздо лучше, чем быть в плохой компании, правда?» [1]
Куплет 2 (размышления о будущем)
Повзрослев, герой задумывается о том, какими отцами станет его поколение:
- «Рано или поздно все мы станем отцами, и в один прекрасный день тоже исчезнем».
- «Будем ли мы ужасными или достойными восхищения?»
- «Все знают, как делать детей, но никто не знает, как делать отцов»
Спокойной ночи, Леночка!Пойду я спатьдобрых снов Леночка, Олечка!
Спокойной ночи, Олечка!
