Стихи... Много.. Разных

  • Автор темы Автор темы Ли
  • Дата начала Дата начала
Сказали: дождь, мы сделали ковчег,
Внесли туда младенцев и калек;
И кто-нибудь из нас стоял на стреме.
– Ну что там дождь?
– Пока ещё идёт.
Ну ничего, допустим, этот год
Мы проведём в плавучем нашем доме.

Мы научились жизни под дождем,
Где каждый выживает на своём
Запасе сухарей, тепла и света.
Когда они уже истощены,
Тогда засни, согревшись у стены,
Не понимая, для чего все это.

Мы ждали, что закончится потоп
И составляли пары на потом,
Но пары составлялись еле-еле:
Не то чтоб кто-то нравился и не,
Но все самцы погибли на войне,
А самки раньше свадьбы овдовели.

Нам говорили, что виновен Бог,
Устроивший на стыке двух эпох
Потоп неукротимый как в Макондо,
Но столько было тьмы со всех сторон,
Что мы решили – действует не Он,
Не Он, а обезбожившая кодла.

Она следит – глаза пусты до дна,
Спасется ли из тварей хоть одна,
Ей все равно, топить, стрелять ли, жечь их.
В таких глазах – ни правды, ни любви,
Ни мальчиков, ни девочек в крови,
Ни мертвых стариков, ни мёртвых женщин.

В последний раз мы выгребли едва,
Размокли пальцы, вымокли слова,
А все как раньше брат идёт на брата.
– Как там потоп, не видно ли земли?
Но даже тех, кого уже спасли,
Нам больше негде согревать и прятать.

Лена Берсон
 
Подождём ещё. Ржавел крыжовник за гаражом.
Почитай Ошо, там пишут, будет всё хорошо,
От атак – титан, и так вся тактика на штифтах,
Если реет сверху стерх, мы знаем, чей это птах.

Шире рты рыжих крыш, в эфире шершавый наждак.
Обратись вода виной, если в том будет нужда,
Хищник ищет почище пищу в чащи тиши.
Спасибо, мессия, красиво еси.
Чаще пиши.
 
Как бы так сделалось, чтобы у всех
была на завтрак яичница с колбасой,
чтоб с первого раза раскалывался орех,
и ребёнок бегал у моря босой.
Чтобы всем был внятен Диккенс,
Чехов, Моцарт, Ван Гог.
Чтобы наступить на гвоздику
человек не мог. Просто не мог.
Чтобы муж и жена друг на друга смотрели,
как на звезду звезда.
Чтобы свечи в храмах горели,
а храмы, чтоб никогда.
Чтобы никому не бывало страшно,
чтобы смерть свою все проспали.
И в Вавилоне к строительству башни
даже не приступали.

________
Вадим Жук
Как бы так сделалось, чтобы…
Фото: Екатерина Чеснокова / РИА Новости
FB_IMG_1781019925043.webp
 
И.Бродский

Одиночество

Когда теряет равновесие
твоё сознание усталое,
когда ступеньки этой лестницы
уходят из-под ног,
как палуба,
когда плюёт на человечество
твоё ночное одиночество, —
ты можешь
размышлять о вечности
и сомневаться в непорочности
идей, гипотез, восприятия
произведения искусства,
и — кстати — самого зачатия
Мадонной сына Иисуса.
Но лучше поклоняться данности
с глубокими её могилами,
которые потом,
за давностью,
покажутся такими милыми.
Да.
Лучше поклоняться данности
с короткими её дорогами,
которые потом
до странности
покажутся тебе
широкими,
покажутся большими,
пыльными,
усеянными компромиссами,
покажутся большими крыльями,
покажутся большими птицами.
Да. Лучше поклоняться данности
с убогими её мерилами,
которые потом до крайности,
послужат для тебя перилами
(хотя и не особо чистыми),
удерживающими в равновесии
твои хромающие истины
на этой выщербленной лестнице.
1959 г.
 
Быть по сему: оставьте мне
закат вот этот за-калужский,
и этот лютик золотушный,
и этот город захолустный
пучины схлынувшей на дне.
Нам преподносит известняк,
придавший местности осанки,
стихии внятные останки,
и как бы у ее изнанки
мы все нечаянно в гостях.
В блеск перламутровых корост
тысячелетия рядились,
и жабры жадные трудились,
и обитала нелюдимость
вот здесь, где площадь и киоск.
Не потому ли на Оке
иные бытия расценки,
что все мы сведущи в рецепте:
как, коротая век в райцентре,
быть с вечностью накоротке.
Мы одиноки меж людьми.
Надменно наше захуданье.
Вы — в этом времени, мы — дале.
Мы утонули в мирозданье
давно, до Ноевой ладьи.

Белла Ахмадулина
 
Как люди смотрят, друг на друга —
Я не устану наблюдать …
В одних глазах … шипела вьюга,
В других — Господня Благодать …
А я, в маршрутке, у окошка
Смотрю, с опаскою, в глаза …
В одних глазах — харизма кошки,
В других — июльская гроза …
В одних глазах, грохочет ревность,
В других — способность доверять …
В одних глазах … стеснялась бедность,
В других — богатства не объять …
Неважно, сколько стоит юбка …
Не сможет, правду, скрыть наряд …
Важней, всегда, цена поступка
И то, что прячет … кроткий взгляд …
В глазах людей — избытки стресса,
Осколки радужной мечты …
В одних — судьба … без интереса,
В других — разряды красоты …
Одни глаза … спасут, поднимут …
Другие … топят без следа …
Одни — собой, весь мир обнимут,
В других — не слёзы, а вода …
Маршрутка, к дому, подъезжала …
Открылись двери нараспах …
А я, так много, прочитала
За полчаса, в людских … глазах.

Ирина Самарина-Лабиринт
 
Сквозь сеть алмазную зазеленел восток.
Вдаль по земле, таинственной и строгой,
Лучатся тысячи тропинок и дорог.
О, если б нам пройти чрез мир одной дорогой!

Всё видеть, всё понять, всё знать, всё пережить,
Все формы, все цвета вобрать в себя глазами,
Пройти по всей земле горящими ступнями,
Всё воспринять и снова воплотить.

Максимилиан Волошин 1906 или 1907г.
 
В пепельной пустыне полярная ночь
Холодная зола, остывшая печь
На грифеле углём накорябанный скетч
Будто на глазах в пять слоёв чёрный скотч
Каждый зрачок ищет хоть один луч
Каждому телу охота прилечь
Но ты сам знаешь, что это может повлечь
Так что вставай, не канючь
Говорят, что у правой ноги длиннее шаги, и мы нарезаем круги
А я говорю, мы дойдём вопреки, там впереди огоньки
Их просто не видно пока, пока руку упавшего ищет наощупь рука
Пока копит упавший резерв для рывка
Но я верю в то, что светлая будет полоса
В этой тьме, что беспросветна, как снег на полюсах
Стебли новые из пепла пробьются к небесам
На листве в лучах рассветных заблестит роса
Да, я верю в то, что светлая будет полоса
В этой тьме, что беспросветна, как снег на полюсах
Стебли новые из пепла пробьются к небесам
На листве в лучах рассветных заблестит роса
Нам умение видеть придётся по новой постичь, как младенцу хожденье и речь
Нам придётся дойти и достичь, а этой ночи — пройти и истечь
Она тоже нас топчет в ответ своей грязной пятой
Но я не уступлю ей ни маленькой чёрточки, ни запятой
Я вперёд иду, как заводной
И эти ребята со мной, если там кто-то спросит
Там, где скоро блеснёт под наш клич хоровой горизонта рассветного проседь
Где мы тени отбросим опять, как доставшую в край неудобную ношу
Поднимайся скорей, твою мать, я тебя здесь не брошу
Светлая будет полоса
В этой тьме, что беспросветна, как снег на полюсах
Стебли новые из пепла пробьются к небесам
На листве в лучах рассветных заблестит роса
Да, я верю в то, что светлая будет полоса
В этой тьме, что беспросветна, как снег на полюсах
...


2025
Иван Алексеев.
 
Ледники растают - восполнится Иордан.
О, все помирятся - шалом алейхем, алейкум салам.

В камуфляжные пятна опять на экранах сложатся пиксели.
Очереди автоматные многократно звукорежиссёр приглушит в миксе, и
Снова голос закадровый невероятную правду нам о врагах наших расскажет,
Слова свои складные тоном прохладным читая с бумажек.
И ни на одном из девайсов не откроются неудобные ссылки,
Как веки бойца, спешащего к маме домой в коробке из цинка.
С ухмылкой директор кровавого цирка билетные корешки считает,
Но ледники растают, ледники растают...

Голый король обещает всем подданным на зиму теплые вещи -
С открытыми ртами народ рукоплещет, в восторге от пламенной речи его.
От холода губы - все в трещинах, на ветру дрожат голые плечи,
Но дар убеждения - сила, и все третий год ждут обещанного.
Он обвиняет врага и в стучащих зубах, и в узорах на окнах.
Мол, из-за врага не спешат возвращаться назад перелетные стаи.
И, чем дольше он говорит, тем сильней и страшней натиск ветров холодных,
Но ледники растают, ледники растают...
Ледники растают - восполнится Иордан.
.
Noize MC 2014
 
Белый ангел, ангел чёрный… Чёрно - белое кино…
Белый — не всегда покорный, с чёрным — не всегда темно… Сочетанье тьмы и света — Битва или симбиоз?
Сам решаешь — мёрзнуть летом или париться в мороз…
Не спеши — критична масса этих странных величин: Озареньями опасна Тьма… Да так, что свет — не мил… А останешься в фаворе, враз отринувшись от тьмы, Там тебе другое горе — Там за «я» не видишь «мы»…
Выбор нам не зря даётся в осознании себя: Видеть пятна или солнце, жить, губя или любя… Относительность нас грузит: В полусвете — полутень… Каждый безнадёжный лузер В глубине души — Эйнштейн…
Чёрный ангел, ангел белый… Чёрно - белое крыло…
Чёрный — не всегда за дело, С белым — не всегда светло…
 
( С реддита, автор неизвестен)

Бывает ненависть без основания —
как иней в мае: выжжет виноград.
Как медленный озноб существования,
как в темноте неверный циферблат.

Бывает ненависть без основания.
Не к человеку даже — к пустоте,
к вечерним окнам, к запаху вокзальному,
к дождю, застрявшему в листве и темноте.

К чужому смеху, слишком безмятежному,
к чужим рукам, уверенным в тепле,
к тому, как снег ложится неизбежно
на мрамор плит в замолкнувшем дворе.

И ты идёшь, сутулый, полуночный,
сквозь чад кафе, сквозь улиц желтизну,
где фонари, как ангелы порочные,
роняют в лужи медную слюну.

Где женщины — как призраки в перчатках,
где каждый жест исполнен пустоты,
и жизнь лежит, как старые распятия,
в ломбардах бесполезной красоты.

Бывает ненависть без основания —
не вспышкой, нет, а медленным огнём,
когда душа, устав от сострадания,
сама себе становится судом.

И ты тогда не веришь ни в спасение,
ни в правоту возлюбленных речей;
вся музыка — лишь форма угасания,
все лица — разновидности теней.

И даже море кажется подделкою,
огромной декорацией сырой,
где ветер, пахнущий железом, меланхолией,
колышет ночь над чёрною водой.

И только где-то — за пределом копоти,
за гарью крыш, за ржавчиной времён —
горит звезда, как будто против логики,
как слабый, но не преданный закон.

И ты стоишь один, почти растаявший
в пространстве под названием «вчера»,
где каждый шаг, когда-то настоящий,
теперь звучит, как пепел и зола.

Но, может быть, в самой природе трещины,
в самой способности души страдать,
есть что-то выше ярости и бешенства —
немая невозможность не прощать.

И потому сквозь дым, сквозь расстояния,
сквозь этот век, пропитанный виной,
бывает ненависть без основания —
но также и любовь. Порой.
 
Нежность

Ослепляя блеском,
Вечерело в семь.
С улиц к занавескам
Подступала темь.
Люди — манекены,
Только страсть с тоской
Водит по Вселенной
Шарящей рукой.
Сердце под ладонью
Дрожью выдает
Бегство и погоню,
Трепет и полет.
Чувству на свободе
Вольно налегке,
Точно рвет поводья
Лошадь в мундштуке.

Борис Пастернак
 
И. Кормильцев
Красные листья

мой город был и велик и смел,
но однажды сошел с ума
и сойдя с ума он придумал чуму
но не знал, что это чума
мой город устал от погон и петлиц,
он молился и пел всю весну
а ближе к осени вызвал убийц
чтоб убийцы убили войну

убийцы сначала убили войну
и всех кто носил мундир
и впервые в постель ложились одну
солдат и его командир
затем они устремились на тех
кто ковал смертельный металл
на тех кто сеял солдатский хлеб
и на тех кто его собирал

и когда убийцы остались одни
в середине кровавого круга
чтобы чем-то заполнить тоскливые дни,
они начали резать друг друга
и последний, подумав что Бог еще там,
переполнил телами траншею
и по лестнице тел пополз к небесам,
но упал и свернул себе шею

мой город стоял всем смертям назло
и стоял бы еще целый век,
но против зла город выдумал зло
и саваном стал ему снег
возможно, что солнце взойдет еще раз
и растопит над городом льды
но я боюсь представить себе
цвет этой талой воды

красные листья падают вниз
и их заметает снег
красные листья падают вниз
и их заметает снег
 
Самой светлой из теорем
Доказательства не хватает :
"Волшебство происходит с тем,
Кто его себе позволяет".

Это самое волшебство
Каждый день происходит с нами.
И легко заметить его,
Если просто сместить вниманье,

Если только Сердцем смотреть
Через тёплое чувство счастья,
То сумеешь во всём узреть
Проявленья Любви творящей.

Посмотри вокруг, посмотри!
Разве мир не подобен чуду?
Это небо в лучах зари,
Свет, струящийся ниоткуда.

Эти запахи, форма, цвет,
Созидающие реальность:
Каждый миг жизнь даёт ответ:
Волшебство - её уникальность!

Жизнь всегда и во всём права,
И докажет своё любому,
Теорему для волшебства
Трансформируя в аксиому.

Ольга Хрусталёва.
2022-июнь 2026
 
Александр Башлачев
Время колокольчиков

Долго шли зноем и морозами.
Все снесли и остались вольными.
Жрали снег с кашею березовой.
И росли вровень с колокольнями.
Если плач — не жалели соли мы.
Если пир — сахарного пряника.
Звонари черными мозолями
Рвали нерв медного динамика.
Но с каждым днем времена меняются.
Купола растеряли золото.
Звонари по миру слоняются.
Колокола сбиты и расколоты.
Что ж теперь ходим круг да около
На своем поле — как подпольщики?
Если нам не отлили колокол,
Значит, здесь — время колокольчиков.
Ты звени, звени, звени, сердце под рубашкою!
Второпях — врассыпную вороны.
Эй! Выводи коренных с пристяжкою,
И рванем на четыре стороны.
Но сколько лет лошади не кованы.
Ни одно колесо не мазано.
Плетки нет. Седла разворованы
И давно все узлы развязаны.
А на дожде — все дороги радугой!
Быть беде. Нынче нам до смеха ли?
Но если есть колокольчик под дугой,
Так, значит, все. Давай, заряжай — поехали!
Загремим, засвистим, защелкаем!
Проберет до костей, до кончиков.
Эй, Братва! Чуете печенками
Грозный смех русских колокольчиков?
Век жуем матюги с молитвами.
Век живем — хоть шары нам выколи.
Спим да пьем. Сутками и литрами.
Не поем. Петь уже отвыкли.
Долго ждем. Все ходили грязные.
Оттого сделались похожие,
А под дождем оказались разные.
Большинство — честные, хорошие.
И пусть разбит батюшка Царь-колокол
Мы пришли. Мы пришли с гитарами.
Ведь биг-бит, блюз и рок-н-ролл
Околдовали нас первыми ударами.
И в груди — искры электричества.
Шапки в снег — и рваните звонче
Свистопляс — славное язычество.
Я люблю время колокольчиков.
 
Мне прописал однажды терапевт,
Устав таблетки вечные строчить,
На мятый, от руки простой рецепт:
«Попробуй просто с полем говорить».

Я вышел в степь, не знал, с чего начать.
Стоял и мял в руках ненужный лист.
Но поле стало тихо отвечать
Шуршаньем трав и переливом птиц.

И я присел на камень у межи,
Где колос клонит голову к земле.
Мне стало вдруг понятно безо лжи:
Что слышу я не просто шум в траве.

То корни говорят сквозь толщу лет,
Что я посеял в юности своей.
И каждый стебель — мой забытый след,
И каждый лист — страница прежних дней.

Я вспомнил всё: как бегал босиком
По этой же некошеной траве,
Как пахло небо горьким молоком
И мир лежал распахнутым во мне.


Наталья Кривова - Яшина
@Tenderness_of_the_h
 
Хочется легкого, светлого, нежного,
раннего, хрупкого и пустопорожнего,
и безрассудного, и безмятежного,
напрочь забытого и невозможного.

Хочется рухнуть в траву непомятую,
в небо уставить глаза завидущие
и окунуться в цветочные запахи,
и без конца обожать все живущее.

Хочется видеть изгиб и течение
синей реки средь курчавых кустарников,
впитывать кожею солнца свечение,
в воду, как в детстве, сигать без купальников.

Хочется милой наивной мелодии,
воздух глотать, словно ягоды спелые,
чтоб сумасбродно душа колобродила
и чтобы сердце неслось ошалелое.

Хочется встретиться с тем, что утрачено,
хоть на мгновенье упасть в это дальнее...
Только за все, что промчалось, заплачено,
и остается расплата прощальная.


Эльдар Рязанов
 
Достойно, главное достойно
любые встретить времена,
когда эпоха то застойна,
то взбаламучена она.

Достойно, главное достойно
чтоб раздаватели щедрот
не довели тебя до стойла
и не заткнули сеном рот.

Страх перед временем — паденье,
на трусость душу не потрать,
но приготовь себя к потере
всего, что страшно потерять.

И если все переломалось,
как невозможно предрешить,
скажи себе такую малость:
"И это надо пережить..."

Евгений Евтушенко, 1976г.
 
— Скажи, тебе бывает страшно?
— Отвечу прямо: да, бывает,
Когда, подобно черной башне,
Беда над домом вырастает.

— А холодно тебе бывает?
— Конечно, как и многим людям,
Когда снега внутри не тают,
И сердце замирает студнем.

Бывает горько мне и сыро,
Но чаще свет в окно стучится,
Ведь на моей картине мира
Преобладают май и птицы.

— И как ты побеждаешь серость?
— Как все другие — силой воли,
Живу, дышу и злу не верю,
Не сыплю в душу тонны соли.

— А если речь идёт о счастье
Какие нужно брать оттенки?
— Палитры нет, но есть объятья
И капучино с пышной пенкой.

2023

Алеся Синеглазая
Из книги «С любовью, тебе»
 

Сейчас в теме:

Назад
Сверху Снизу