Нате вам еще мудрости стыренной:
И пойду домой, пожалуй
Трезвость для алкоголика это этап взросления.
Патология алкоголика в том, что его желания неуемны, нет предела мечтаниям, ощущения настолько яркие, что ничего не видно от такого блеска. Он то в райских кущах, где все его любят, уважают, иногда, даже преклоняются. Он велик, умен, красив и безупречен, никто не может с ним сравниться, просто не имеет права и еще он неуязвим и безгрешен. Это когда выпьет.
А потом, на следующий день он самое постыдное существо на земле, все на него смотрят, порицают, прохожие не сомневаются в его уязвимости и все, буквально все, хотят его пристыдить и наказать.
Ему хочется доказать всем и себе, что он, все еще, чего-то стоит. Поэтому он ставит себе непреодолимые задачи и преодолевает их, он жаждет самопожертвования, даже если это никому не нужно. И вот он устал, смертельно устал! А никто это не оценил, оказалось, что все вокруг этому не рады, да еще и завели какую-то старую скучную песню про то, что ему нужно не пить и тогда все будет хорошо.
И поэтому он обижен, раздосадован, его гложет несправедливость по отношению к нему и ничего не остается, как снова выпить, опять оказавшись среди любящих его людей (пусть и не знакомых), и понять, насколько он хорош.
И вот это кувыркание имеет под собой одно очень серьезное и, как нам кажется, убедительное обоснование - так не скучно!
А по-другому обязательно будет скучно, не романтично, нет героизма, нет восторга и отчаяния.
А что? Почему бы не испытывать отчаяние, если оно сильное? Мне же, как алкоголику, в общем-то, не настолько важно, какое чувство! Важно, чтобы оно было запредельным!
В трезвости накал лампочки снижается и я начинаю замечать, что меня окружает очень много небольших предметов и событий, которые я раньше просто не видел. Мне было не до того и я смеялся над людьми, которых это интересует. А, как оказывается, именно там и есть жизнь, бытие, вселенная, если хотите.
Но да, согласен, это немного пугает. Я не привык к такому себе. Раньше я таких считал заурядными мещанами.
Поэтому некоторые психологи начинают пытаться снова вызвать какие-то детские мечты, взывают к формуле Мартина Лютера Кинга, пытаются психоанализом расковырять наши детские хотелки, призывают завершить гештальт и пр. пр. Все это называется модным словом "мотивация".
Они рассуждают так, что, дескать, если человека взять за ухо и сильно тянуть, ему некогда будет думать о выпивке. Как стадное животное.
Я не считаю, что это нужно делать. Я не считаю себя овцой и поросенком. У меня есть свой путь. Мне по нему идти не всегда весело, но, зато, если я веселюсь, я это делаю искренне. Мне очень ценны те небольшие мелочи, которые я вижу вокруг. До слез дороги минуты, когда я мог ничего не делать, просто сидеть в кафе возле окна и смотреть на дождь, доедая наполеон.
А про цель в жизни я больше не думаю. Меня эта глупость перестала беспокоить после 3-го шага. У меня есть Отец небесный, Моя жизнь принадлежит Ему, как, впрочем, и всегда. Мне нужно просто жить честно, стараться делать добрые дела, насколько позволяет время и здоровье и не спорить со своей совестью.
Я понимаю, что это не цель, а способ. Но меня это устраивает. Не я себе рисовал дорожную карту. Для меня главное - не сходить с пути.
Патология алкоголика в том, что его желания неуемны, нет предела мечтаниям, ощущения настолько яркие, что ничего не видно от такого блеска. Он то в райских кущах, где все его любят, уважают, иногда, даже преклоняются. Он велик, умен, красив и безупречен, никто не может с ним сравниться, просто не имеет права и еще он неуязвим и безгрешен. Это когда выпьет.
А потом, на следующий день он самое постыдное существо на земле, все на него смотрят, порицают, прохожие не сомневаются в его уязвимости и все, буквально все, хотят его пристыдить и наказать.
Ему хочется доказать всем и себе, что он, все еще, чего-то стоит. Поэтому он ставит себе непреодолимые задачи и преодолевает их, он жаждет самопожертвования, даже если это никому не нужно. И вот он устал, смертельно устал! А никто это не оценил, оказалось, что все вокруг этому не рады, да еще и завели какую-то старую скучную песню про то, что ему нужно не пить и тогда все будет хорошо.
И поэтому он обижен, раздосадован, его гложет несправедливость по отношению к нему и ничего не остается, как снова выпить, опять оказавшись среди любящих его людей (пусть и не знакомых), и понять, насколько он хорош.
И вот это кувыркание имеет под собой одно очень серьезное и, как нам кажется, убедительное обоснование - так не скучно!
А по-другому обязательно будет скучно, не романтично, нет героизма, нет восторга и отчаяния.
А что? Почему бы не испытывать отчаяние, если оно сильное? Мне же, как алкоголику, в общем-то, не настолько важно, какое чувство! Важно, чтобы оно было запредельным!
В трезвости накал лампочки снижается и я начинаю замечать, что меня окружает очень много небольших предметов и событий, которые я раньше просто не видел. Мне было не до того и я смеялся над людьми, которых это интересует. А, как оказывается, именно там и есть жизнь, бытие, вселенная, если хотите.
Но да, согласен, это немного пугает. Я не привык к такому себе. Раньше я таких считал заурядными мещанами.
Поэтому некоторые психологи начинают пытаться снова вызвать какие-то детские мечты, взывают к формуле Мартина Лютера Кинга, пытаются психоанализом расковырять наши детские хотелки, призывают завершить гештальт и пр. пр. Все это называется модным словом "мотивация".
Они рассуждают так, что, дескать, если человека взять за ухо и сильно тянуть, ему некогда будет думать о выпивке. Как стадное животное.
Я не считаю, что это нужно делать. Я не считаю себя овцой и поросенком. У меня есть свой путь. Мне по нему идти не всегда весело, но, зато, если я веселюсь, я это делаю искренне. Мне очень ценны те небольшие мелочи, которые я вижу вокруг. До слез дороги минуты, когда я мог ничего не делать, просто сидеть в кафе возле окна и смотреть на дождь, доедая наполеон.
А про цель в жизни я больше не думаю. Меня эта глупость перестала беспокоить после 3-го шага. У меня есть Отец небесный, Моя жизнь принадлежит Ему, как, впрочем, и всегда. Мне нужно просто жить честно, стараться делать добрые дела, насколько позволяет время и здоровье и не спорить со своей совестью.
Я понимаю, что это не цель, а способ. Но меня это устраивает. Не я себе рисовал дорожную карту. Для меня главное - не сходить с пути.
И пойду домой, пожалуй
