Slonik
Noršu
- Сообщения
- 26.715
- Реакции
- 63.291
- Метод
- Сила Воли
- Лет курения
- 24
- Не курю с
- 29.02.2016
- Дневник
- Читать »»
- Это именно то, что вам сейчас нужно, - голосом, не терпящим возражений, сказал я, протягивая девушке фарфоровую чашку. – Как вас зовут?
- Лиза.
- А меня Антон.
Я смотрел, как от грога розовеет кожа на её щеках. Ощущение чуда не покидало меня. Этот миниатюрный мокрый комок женственности пришёл ко мне, как новый год в сентябре. Я чувствовал, что безнадёжно влюбляюсь, падаю в пропасть, пропадаю в печальных голубых глазах. Я говорил о всяких пустяках, рассказывал о себе, о работе, о фильмах и музыке, которую люблю слушать и книгах, которые люблю читать. Оказалось, что мы схожи почти во всём. Мы миллион раз перечитывали одних и тех же авторов и слушали одинаковую музыку. Небо за окном посветлело.
- Мне пора. – Лиза встала, отложив плед.
- Ты ещё совсем мокрая! Оставайся сколько хочешь.
«Можешь совсем не уходить никогда», - чуть не закончил я фразу, но увидев её строгий взгляд замолчал.
- Давай я хотя бы вызову тебе такси.
- Мне не далеко.
- И где это не далеко? – немного заигрывая, спросил я.
- Недалеко – это недалеко, - Лиза не поддержала мой игривый тон, легко продев ноги в туфельки, она выскользнула за дверь.
Я спускался за ней по лестнице, и ловил едва ощутимый аромат её духов. Мне, почему-то, хотелось прыгать, вокруг неё, как щенку или лизнуть её в щёку, или сделать нечто подобное, совершенно неадекватное. Огромная, тяжёлая, дубовая дверь парадной заскрипела на весь дом, выпуская нас из старого дома.
На улице разлилась предрассветная, смывающая грани и очертания, серость.
- Мы ещё увидимся? – у меня просто язык не поворачивался сказать что-то типа: давай махнёмся номерами и на созвончике.
- Конечно. На том же месте, - полуобернувшись на ходу, ответила она. – Не забывай, я знаю, где ты живёшь.
Я смотрел, как её фигура растворяется вдалеке на фоне гранита набережной.
Дома я почувствовал невероятную усталость. Я был счастлив и несчастлив одновременно. Я посидел немного на диване, уставившись на тёмное пятно влаги, которое осталось от неё в противоположном от меня углу. «Надо бы просушить, - подумал я, - раритетная вещь, всё же»… Но вместо действий просто завалился набок и уснул, накрывшись до половины пледом, который впитал в себя тонкий аромат её духов.
Разбудил меня гудок машины за открытым окном. В комнате было свежо, но я не замёрз. Голова была ясной. Тело затекло от крепкого сна. Я несколько раз потянулся, прогибаясь, пока не ощутил прилив сил и бодрость. Давно я не чувствовал себя так хорошо. Странный азарт просыпался в моей душе. Не желая поесть спросонья, или выпить кофе, даже не посетив туалет, я сразу сел за машину и стал, как сумасшедший писать код. Подсознательно я посчитал, что проспал я почти двенадцать часов. Только к половине девятого вечера моя энергия несколько иссякла, и я захотел курить. Сварив себе кофе, я взгромоздился на подоконник и уставился на набережную, прихлёбывая из кружки и прикуривая одну сигарету от другой.
Я не сомневался, что она придёт. «А что дальше?» - подумал я вдруг. Я развернулся на сто восемьдесят градусов и осмотрел на своё жилище. Последние лет десять я жил, как аскет. Вся обстановка моего жилища иначе, как минимализм минимализма назваться не могла. После того, как я перестал пытаться заработать деньги, последние сами стали сыпаться в мой карман. И я не знал, куда и как их тратить. У меня не было друзей, родственников и женщины, вся моя жизнь занимала объём в пару кубометров вокруг рабочего стола с монитором. Я купил квартиру напротив набережной не потому, что любил вид на водный простор, а чтобы не видеть из окна людей в окнах домов напротив. Просто я не люблю людей. Большинство из них. Квартира состояла из огромной комнаты, кухни и ванной с туалетом, так же в одной из стен был встроен платяной шкаф, таких размеров, что туда влез бы и слон. Квартира была невероятно дорогой и невероятно запущенной. Никакого ремонта я делать не стал, кроме, как нанял людей отциклевать паркет. Люблю ходить по чистому полу босиком. Я пробовал вложить деньги в антиквариат, так посредине единственной комнаты появился древний диван, а жерло закопчённого камина закрыл шкаф. Цену этих развалин из прошлого знал только я и эксперт интернет аукциона. В метре от окна стоял стеклянный стол, под ним невероятно мощный дорогущий компьютер, без боковых крышек, ощетинился пучками шин и кабелей, на вид – просто куча металлолома. Я вдруг осознал, что моё жильё очень похоже на бомжатник с ободранными стенами и никакой блестящий паркетом пол, и даже блестящая хромом кофеварка за две тысячи долларов не меняют этого впечатления. «Есть ли здесь место для красивой, утончённой обаятельной девушки?» - задался я вопросом. Вместо ответа я спрыгнул с подоконника, зачем-то прошёл к шкафу и отодвинул его, развернув почти поперёк стены.
- А где мой кот? – вслух спросил я сам себя, глядя на дно камина, сплошь заваленное кошачьими экскрементами.
чуть не забыл! продолжение следует.
- Лиза.
- А меня Антон.
Я смотрел, как от грога розовеет кожа на её щеках. Ощущение чуда не покидало меня. Этот миниатюрный мокрый комок женственности пришёл ко мне, как новый год в сентябре. Я чувствовал, что безнадёжно влюбляюсь, падаю в пропасть, пропадаю в печальных голубых глазах. Я говорил о всяких пустяках, рассказывал о себе, о работе, о фильмах и музыке, которую люблю слушать и книгах, которые люблю читать. Оказалось, что мы схожи почти во всём. Мы миллион раз перечитывали одних и тех же авторов и слушали одинаковую музыку. Небо за окном посветлело.
- Мне пора. – Лиза встала, отложив плед.
- Ты ещё совсем мокрая! Оставайся сколько хочешь.
«Можешь совсем не уходить никогда», - чуть не закончил я фразу, но увидев её строгий взгляд замолчал.
- Давай я хотя бы вызову тебе такси.
- Мне не далеко.
- И где это не далеко? – немного заигрывая, спросил я.
- Недалеко – это недалеко, - Лиза не поддержала мой игривый тон, легко продев ноги в туфельки, она выскользнула за дверь.
Я спускался за ней по лестнице, и ловил едва ощутимый аромат её духов. Мне, почему-то, хотелось прыгать, вокруг неё, как щенку или лизнуть её в щёку, или сделать нечто подобное, совершенно неадекватное. Огромная, тяжёлая, дубовая дверь парадной заскрипела на весь дом, выпуская нас из старого дома.
На улице разлилась предрассветная, смывающая грани и очертания, серость.
- Мы ещё увидимся? – у меня просто язык не поворачивался сказать что-то типа: давай махнёмся номерами и на созвончике.
- Конечно. На том же месте, - полуобернувшись на ходу, ответила она. – Не забывай, я знаю, где ты живёшь.
Я смотрел, как её фигура растворяется вдалеке на фоне гранита набережной.
Дома я почувствовал невероятную усталость. Я был счастлив и несчастлив одновременно. Я посидел немного на диване, уставившись на тёмное пятно влаги, которое осталось от неё в противоположном от меня углу. «Надо бы просушить, - подумал я, - раритетная вещь, всё же»… Но вместо действий просто завалился набок и уснул, накрывшись до половины пледом, который впитал в себя тонкий аромат её духов.
Разбудил меня гудок машины за открытым окном. В комнате было свежо, но я не замёрз. Голова была ясной. Тело затекло от крепкого сна. Я несколько раз потянулся, прогибаясь, пока не ощутил прилив сил и бодрость. Давно я не чувствовал себя так хорошо. Странный азарт просыпался в моей душе. Не желая поесть спросонья, или выпить кофе, даже не посетив туалет, я сразу сел за машину и стал, как сумасшедший писать код. Подсознательно я посчитал, что проспал я почти двенадцать часов. Только к половине девятого вечера моя энергия несколько иссякла, и я захотел курить. Сварив себе кофе, я взгромоздился на подоконник и уставился на набережную, прихлёбывая из кружки и прикуривая одну сигарету от другой.
Я не сомневался, что она придёт. «А что дальше?» - подумал я вдруг. Я развернулся на сто восемьдесят градусов и осмотрел на своё жилище. Последние лет десять я жил, как аскет. Вся обстановка моего жилища иначе, как минимализм минимализма назваться не могла. После того, как я перестал пытаться заработать деньги, последние сами стали сыпаться в мой карман. И я не знал, куда и как их тратить. У меня не было друзей, родственников и женщины, вся моя жизнь занимала объём в пару кубометров вокруг рабочего стола с монитором. Я купил квартиру напротив набережной не потому, что любил вид на водный простор, а чтобы не видеть из окна людей в окнах домов напротив. Просто я не люблю людей. Большинство из них. Квартира состояла из огромной комнаты, кухни и ванной с туалетом, так же в одной из стен был встроен платяной шкаф, таких размеров, что туда влез бы и слон. Квартира была невероятно дорогой и невероятно запущенной. Никакого ремонта я делать не стал, кроме, как нанял людей отциклевать паркет. Люблю ходить по чистому полу босиком. Я пробовал вложить деньги в антиквариат, так посредине единственной комнаты появился древний диван, а жерло закопчённого камина закрыл шкаф. Цену этих развалин из прошлого знал только я и эксперт интернет аукциона. В метре от окна стоял стеклянный стол, под ним невероятно мощный дорогущий компьютер, без боковых крышек, ощетинился пучками шин и кабелей, на вид – просто куча металлолома. Я вдруг осознал, что моё жильё очень похоже на бомжатник с ободранными стенами и никакой блестящий паркетом пол, и даже блестящая хромом кофеварка за две тысячи долларов не меняют этого впечатления. «Есть ли здесь место для красивой, утончённой обаятельной девушки?» - задался я вопросом. Вместо ответа я спрыгнул с подоконника, зачем-то прошёл к шкафу и отодвинул его, развернув почти поперёк стены.
- А где мой кот? – вслух спросил я сам себя, глядя на дно камина, сплошь заваленное кошачьими экскрементами.
чуть не забыл! продолжение следует.